Статья
КАПИТАЛИСТЫЕ КРЕСТЬЯНЕ
Отпускной билет ивановского крестьянина Д.А. Бурылина на ярмарку в г. Макарьев Нижегородской губернии. 1816 г. Источник изображения: Музей ивановского ситца. Крепостные предприниматели были обязаны получать такие разрешения, чтобы уходить на заработки из помещичьей вотчины. Упомянутый Диодор Андреевич Бурылин получил вольную в 1829 г. Он мог работать и набойщиком, и резчиком, и красковаром. Диодор напрямую причастен к основанию Вознесенского посада.

XVIII столетие в России ознаменовано активным развитием промышленности и коммерции. Во второй половине века среди крестьян выделились крупные торговцы и владельцы мануфактур (предприятий, основанных на разделении труда). Богатых сельских жителей, которые нанимали работников на свои мануфактуры и вели масштабную торговлю, называли «капитáлистыми крестьянами». Популярность этого выражения в советский период, как кажется, связана не только с его редким использованием в XVIII в., но также с тем, что указанный термин удачно согласовывался с марксисткой теорией формаций. Так или иначе, это выражение устоялось и распространено в современной историографии.

Уже в XVII в. из среды черносошных крестьян Поморья выделились скупщики, которые участвовали в торговле сибирской пушниной и сколачивали крупные капиталы. В первой четверти XVIII в. по всей Российской империи оборотистые крестьяне проникают в города, где ведут торг хлебом, всякой снедью, кустарными изделиями. Как указывает Ф.Я. Полянский, крестьяне продавали хлеб по более низким ценам (на 7%), чем помещики. Богатые скупщики пополняли ряды купечества. Яркий пример формирования крупных капиталов за счет сибирского торга дает история города Тотьмы. Около 1740 г. самый богатый купец имел там не более 300 р., тогда как к концу XVIII столетия отдельные тотемские купцы имели капиталы в размере 100 тыс. рублей и выше.

Главный дом усадьбы капиталистого крестьянина Е.И. Грачева, Иваново. Здание построено ранее 1774 г. Фото 2016 г. Источник изображения: https://ru.wikipedia.org

О.А. Кипренский. Портрет графа Д.Н. Шереметева (1803‒1871). 1824 г. Источник изображения: Государственный исторический музей; https://ru.wikipedia.org. Дмитрий Николаевич Шереметев был сыном Прасковьи Ивановны Ковалевой, бывшей крепостной актрисы театра, и воспитывался Т.В. Шлыковой, подругой его матери еще по крепостной сцене. Помещик владел около 150 000 душ крестьян и значительную долю получаемого дохода тратил на благотворительность.

Шереметевы собирали с капиталистых крестьян высокие оброки и не торопились отпускать их на свободу. В 1795 г. Ефим Грачев добился выкупа на волю вместе со своей семьей, за что он выплатил Н.П. Шереметеву 135 тыс. рублей, уступил помещику две мануфактуры и все свои земли с купленными крестьянами. После того как Дмитрий Шереметев вступил в права наследования, в 1825‒1861 гг. смогли выкупиться из крепостничества около 50 ивановских семейств. По словам Я.П. Гарелина, крестьяне в совокупности заплатили помещику более миллиона рублей. Многие вольноотпущенники заключали с Шереметевым договоры аренды на земельные участки, где находились их дома и фабрики, и таким образом сохраняли свои предприятия. Они также начали строить фабрики вне села Иванова, главным образом вверх по течению реки Уводь. После выхода богачей из общины, увеличивалась сумма оброка для тех, кто оставался в крепостной зависимости: в иные годы ивановские крестьяне выплачивали по 80 р. с тягла.

Деятельность предприимчивых крестьян в научной литературе получила название протоиндустриальной активности. В первой половине XIX в. крестьяне внедряли на своих предприятиях машинное производство, способствуя промышленной революции в России. Помимо указа 1775 г., провозглашавшего свободу открытия предприятий, экономическому развитию способствовали указы 1799, 1804 и 1806 гг., разрешившие крестьянам осуществлять оптовую торговлю.

Крепостные получили возможность вести торговые дела по всей империи, о чем свидетельствуют мемуары Саввы Пурлевского и Николая Шипова. Крестьянин Вощажниковской вотчины Шереметевых Лобков, находясь в Москве, имел торги в Херсоне, Глухове, Сумах, Полтаве, Курске, Орле и других местах. Ивановские фабриканты поставляли ткани, помимо российских губерний, в Великобританию и другие государства.

Тем не менее, крепостной статус ограничивал предпринимателей в свободе передвижения, ставил их в зависимость от мнения сельского схода и вотчинной конторы. Так, например, в своем прошении к Шереметеву, В.П. Дурденевский писал, что из-за крепостного статуса не может выполнять коммерческие заказы московских купцов. Несмотря на успехи ивановских крестьян, следует признать, что использование крепостного труда замедляло развитие экономики: не только из-за низкой производительности и нищеты основной массы крепостных, но также ввиду ограничения свобод предпринимателей.


Уже в XVII в. из среды черносошных крестьян Поморья выделились скупщики, которые участвовали в торговле сибирской пушниной и сколачивали крупные капиталы. В первой четверти XVIII в. по всей Российской империи оборотистые крестьяне проникают в города, где ведут торг хлебом, всякой снедью, кустарными изделиями. Как указывает Ф.Я. Полянский, крестьяне продавали хлеб по более низким ценам (на 7%), чем помещики. Богатые скупщики пополняли ряды купечества. Яркий пример формирования крупных капиталов за счет сибирского торга дает история города Тотьмы. Около 1740 г. самый богатый купец имел там не более 300 р., тогда как к концу XVIII столетия отдельные тотемские купцы имели капиталы в размере 100 тыс. рублей и выше.

После выхода Манифеста о свободе предпринимательства 1775 г. представители всех российских сословий, включая крепостных, получили право заводить свои предприятия без необходимости получения разрешающих документов. Крепостные находили применение своим умениям в разных сферах: торговали хлебом, скотом, ремесленными изделиями, рыбой и лесом, брали в аренду земли и мельницы, выполняли государственные подряды, занимались ростовщичеством, открывали текстильные, мыловаренные, кирпичные, стекольные и хрустальные мануфактуры. Однако даже будучи баснословно богатыми, крепостные предприниматели зависели от сельской общины и помещичьей администрации; они не могли пользоваться привилегиями купцов.


Отдельного внимания заслуживает пример фабрикантов из Ивановской вотчины графов Шереметевых. Как отмечает К.Е. Балдин, крестьяне села Иванова практически поголовно занимались различными промыслами и были богаче окрестных поселян, в связи с чем возникла поговорка «Богат и хвастлив, как ивановский мужик». В 1740-е гг. Ивановская вотчина состояла из двух сел и 70 деревень, где проживали несколько тысяч человек, находившихся на оброчном положении. В этот период на базе холщового промысла в селах вокруг Иванова появились мануфактуры, организованные местными жителями. В регионе производились льняные ткани, миткаль и набивные ситцы, а с 1787 г. также хлопчатобумажные ткани. Богатых торговцев и фабрикантов в селе называли «первостатейными» крестьянами (Грачевы, Ямановские, Гарелины, Бутримовы, Бурылины, Дурденевские, Гандурины и другие). Они обеспечивали свои предприятия наемными работниками, лично владели десятками и сотнями крепостных. В 1794 г. в селах Иванове и Стромихине в собственности крепостных богачей числилось 1187 крепостных, что составляло до 1/7 всех жителей этих сел, записанных по ревизии за Шереметевым.

Стажер-исследователь Международной лаборатории региональной истории России НИУ Высшая школа экономики
Ерофей Моряков
  1. Балдин К.Е. Шереметевы и Иваново. https://director-iv.ru/news/sheremetevy-i-ivanovo/
  2. Воспоминания русских крестьян XVIII – первой половины XIX века / сост. В.А. Кошелев. М., 2006. 778 с.
  3. Гарелин Я.П. Город Иваново-Вознесенск или бывшее село Иваново и Вознесенский посад (Владимирской губернии): в 2 ч. Ч. 1. С XVII столетия до 19-го февраля 1861 года. Шуя, 1884. 225 с.
  4. История города Иванова: в 2 ч. Ч. 1. Дооктябрьский период / под ред. А.В. Шипулиной, Ю.Ф. Глебова и В.М. Соколова. Иваново, 1958. 396 с.
  5. К истории русской промышленности: памятная книга крестьянина села Иванова А.Ф. Полушина с дополнительными примечаниями сына его и внука. 1751–1850 // Русский архив. 1898. № 6. С. 177–205.
  6. Полянский Ф.Я. Первоначальное накопление капитала в России. М., 1958. С. 72‒90.
  7. Поткина И. Как село Иваново стало центром российской текстильной промышленности. Arzamas. Курс № 56. Открывая Россию: Иваново https://arzamas.academy/materials/1600
  8. Столбов В.П. «Капиталистые» крестьяне-старообрядцы и их влияние на развитие промышленного Иваново-Вознесенского района в XVIII‒XIX вв. // Судьба старообрядчества в XX — начале XXI вв.: история и современность. Сборник научных трудов и материалов / под ред. С.В. Таранец. Киев, 2008. Вып. 2. С. 93‒102.
  9. Smith A.K. A Microhistory of the Global Empire of Cotton: Ivanovo, the "Russian Manchester" // Past and Present. 2019. № 1 (244). P. 163‒193